В статье раскрывается историко-трансформационная сущность массовой культуры. Автор последовательно анализирует этапы осмысления феномена массовой культуры в западной культурологии от истоков до современности, приходя к выводу, что перспективы ее развития в социально-конструктивное явление, способствующее гармонизации общего и индивидуального, исчерпали себя к 70-м годам XX века. Будучи, как и любое другое демократичное, «рыночное» явление, динамично развивающейся сферой, массовая культура быстро достигла своей эволюционной завершенности, породив бесчисленное множество субкультур и, благодаря цифровой революции XXI века, создав возможность для существования субкультуры одного человека, то есть, для тотальной атомизации общества. Автор отмечает, что отечественной культурологии, получившей возможность развиваться, не будучи скованной строгими идеологическими рамками в постсоветский период, разработки западных коллег достались в готовом виде вместе с резкой сменой общественной формации. Ведущие российские теоретики, стоящие на методологических позициях отечественной социологии культуры, подвергли критике подход западных коллег к анализу массовой культуры как к инструменту, служащему дифференциации личности, и обосновали перспективность трансформации массовой культуры в сторону традиционализма. Автор считает, что указанные явления стали одним из факторов новой доктрины культурной политики России, закрепленной в Указе Президента Российской Федерации от 24.12.2014 № 808 (ред. от 25.01.2023) «Об утверждении Основ государственной культурной политики».