Research indexJournal article
МЕТАФИЗИКА ТРАНСГРЕССИВНОГО ПЕТЕРБУРГА
КИРИЛЛОВА
CyberDOI1 Jan 2020Open access
NobleIDark:/48914/w1/20260516/F28C3F45DOI10.24411/2079-1100-2020-00004
МЕТАФИЗИКА ТРАНСГРЕССИВНОГО ПЕТЕРБУРГА
КИРИЛЛОВА · CyberDOI · 2020
NobleIDark:/48914/w1/20260516/F28C3F45DOI10.24411/2079-1100-2020-00004
Free to read at the publisher
You can read the abstract here, or the full text at the publisher.
Abstract
Статья посвящена метафизической картографии Петербурга, рассмотрению его маргинальных локусов и трансгрессивных практик, в терминах теории трансгрессии Ж. Батая, шизоанализа Ж. Делёза – Ф. Гваттари и либидинальной экономики Ж.Ф. Лиотара. С одной стороны, метафизика трансгрессивного Петербурга по-прежнему укоренена в сверх-тексте Ф.М. Достоевского (и прежде всего – романа «Идиот»), который «не перестает писаться» в городском бессознательном, в персонажных структурах, в криминальных хрониках современности (отдельно рассмотрена тема «Достоевский на Лиговке»). С другой стороны, литература классического постмодернизма и цифрового пост-постмодернизма (от творцов «нового петербургского романа» М. Палей и А. Грякалова до ЖЖ-поэтов блогосферы А. Деконской, Д. Васильевой, Р. Вереска и других), декадентский кинематограф А. Учителя, К. Лопушанского успели канонизировать её новые мифопоэтические топосы. В качестве нового средоточия метафизики Петербурга в её трансгрессивном изводе рассматривается эротанатологический шизосемиотический комплекс – пересечение Лиговского проспекта как криминально-эротизированного маргинального топоса (ось трансгрессии) и Обводного канала как топоса, связанного со смертью, безумием, самоубийством, потусторонним миром (артерия небытия). Огненная трансгрессия, основанная на теории огненного дара как сакрального жертвоприношения у Ж. Батая, определяет либидинальную экономику тотальной траты как экономику огня, делающего городские пределы отступающими, маркирующего основные топосы Лиговки – Обводного (как «пылающих границ» города): угловой квартал «Тюшина – Боровая» как квартал испепеляющего насильственного Эроса, квартал «Шкапина – Розенштейна» как квартал огненного стирания следов (претворённый в то же время в поэтический шизопроект блогосферы), «дом Мариана Лялевича» как «дом-феникс», константа умирания как повторяемой смерти в огне, «Горячее Поле» как «Геенна Огненная» Петербурга (где «Ад – это обратная сторона подземной воды» по Ж. Делёзу), «Роты» как лиотаровский лабиринт либидинальных инвестиций, «Транс-Петербургско-Сибирский тракт» как несостоявшийся проект продолжения «самой литературной улицы Петербурга» – Гороховой через Семёновский плац – место казни Достоевского. Пирифлегетон – огненный поток, содержащий в Аиде души самоубийц, согласно некоторым из античных источников, локализирует «зону самоубийств» между Боровым и Предтеченским мостами Обводного канала. Шизоанализ отслеживает раскодированные эротанатологические потоки трансгрессивной картографии города.